Отечественная власть и в частности полиция пока, наверное, окончательно не уяснили для себя, что такое “общественный порядок” и от кого его нужно защищать. Им, например, пока неясно, когда и как должны ходить по Северному проспекту граждане, чтобы их хождение было, так сказать, “законным”, а когда оно может выходить за рамки закона. В качестве примера возьмем хотя бы меня. На днях я без каких-либо политических целей проходил по Северному проспекту. Более того, я не испытывал особо теплых чувств к революционно настроенной молодежи. Если хотите, коротко скажу почему. С точки зрения “демократических идеалов” у них все в порядке, а вот по части знаний, образования, а тем более воспитания им, мягко говоря, еще нужно работать. Так или иначе, они мне не мешают, пусть скандируют, что хотят. Иду, значит, я по Северному проспекту и вдруг как будто из-под земли вырастают два молодых человека из противоположного лагеря, которые нравятся мне еще меньше, поскольку носят красные береты. И эти ребята начинают мне объяснять: “сюда нельзя”, “туда нельзя”, “пройди там-то”. Повторяю еще раз: определитесь, есть в нашей столице запрещенные для прохожих зоны или нет, и если есть, как и когда они появляются?   
 И все же давайте чисто теоретически предположим, что полиция действует в рамках закона. А если полицейским нечего стесняться, если они обязаны применять силу в отношении вышедших на прогулку людей, почему тогда они набрасываются на журналистов и препятствуют съемкам этой “блестящей операции”? 
 10 лет назад я, будучи со своим товарищем в Лондоне, случайно оказался поблизости от Даунинг-стрит, 10. В десяти  метрах от резиденции премьер-министра 20-30 молодых людей азиатской наружности протестовали против чего-то, скандируя лозунги на непонятном языке. Когда они переступили черту, полицейские в довольно грубой форме оттеснили их, не обращая внимания на фиксирующие эти действия видеокамеры и наши фотоаппараты. Точнее, краем глаза они видели, что их снимают, при этом, как мне показалось, наличие видеокамер заставляло полицейских проявлять еще большее “рвение”. Когда акция протеста завершилась, мы подошли к полицейским, представились и попросили их сфотографироваться с нами. “O, journalists”,- улыбнулись двухметровые парни и сразу встали в нужную позу. Любой британский полицейский знает, что журналист не является стороной конфликта. Он просто фиксирует событие.